Преодолеть совок: как загнать семью в ловушку

Автор: AdminGWP

Рубрики: Статьи

В Укрaинe нaчaли рeфoрмирoвaть институты на дeтeй-сирoт и бoрoться зa сoxрaнeниe биoлoгичeскoй сeмьи для дeтeй. Путь этoт тeрнист eщe и пoтoму, чтo в oбщeствe этoт урок далеко не топовый. Бороться с сиротством на практике сложнее, чем равняться за электорат.
Какие семьи чаще всего оказываются в сложных жизненных обстоятельствах, в чем дело? это вообще такое, почему им нужна поддержка и кто ее предоставляет? С этими вопросами обратились журналисты сайта «24» с профильной благотворительной организации и получили приглашение посетить центры для таких семей в «серой зоне» в Луганской области. Автор этих строк узнали, почему украинские семьи попадают в ловушку угрозы изъятия детей и с какой радости практика такого «изъятия» – глубоко «совковая». Делимся с вами.
Предельный риск для ребенка потерять семью возникает тогда, когда родители теряют мотивацию эту взяв семь раз содержать, объяснили психологи. Потеря – близких людей, жилья, работы – становится главной причиной, поэтому семьи оказываются в сложных жизненных обстоятельствах. В современной Украине такой ситуации в значительной степени способствуют действие на востоке. И как бы их не называли – АТО, война, во всеоружии конфликт, потерь они принесли и приносят очень много.
В благотворительном фонде «Помогите Детские городки» не понаслышке знают о проблеме семей, оказавшихся в сложных жизненных обстоятельствах, которые столкнулись с сим лично. Более того, часть работников центров, работающих в Северодонецке и Старобельске – самочки являются переселенцами.
Посчитать точную статистику семей, потерявших жилье, близких, работу поводу войны – достаточно сложно. Но на примере всего одного благотворительного фонда, работающего в Украине – лещадь их опекой более 450 семей.
Статистика на 1 ноября соответственно количеству клиентов в социальных центрах: Киев: 297 детей / 222 взрослых / 156 семей Бровары 153 ребенка / 110 взрослых / 66 семей Северодонецк: 158 детей / 101 кому в (невесты / 94 семьи Старобельск 206 детей / 122 взрослых / 101 семья Вереница Луганская 100 детей / 72 взрослых / 46 семей
Когда род (человеческий теряют
Все истории, рассказанные нам семьями, которыми занимается «Sos Детские городки» – это истории потерь и лишений. Сегодня имели налаженную биография, дом, бизнес, а завтра – ничего.
Из-под взрыва – в чем были
Нелли, переселенка из Луганска:
Когда начались взрывы, мы как коль скоро были на даче. Так произошло. Месяца два бегали в подвал. Как правило свист – и потом «прилетает», и мы бежали в подвал. Как-то редко – не было свиста. А снаряд прилетел в соседнюю дачу. Соседка погибла. А пишущий эти строки, в чем были, ничего не взяв – поехали подальше оттуда.
Долгом) к знакомым в Бердянск. И еще некоторое время «колесили» по Украине по родственникам. В конце концов, поселились в Северодонецке. Сияющая – беременна вторым ребенком, муж – без работы. И у мамы онкология, 4 анафаза, неоперабельная. Муж и сторожем, и грузчиком подрабатывал. Сын, который видел и чувствовал тёта взрывы, эти постоянные переезды – замкнулся в себе.
Дома обстановка была лишенный чего работы, с двумя детьми на руках, у больной мамы страшные боли …
Реалии жизни в прифронтовой зоне
«Под стол пешком ходит был как «овощ»
У Анны, переселенки из Оленевки Волновахского района по-под Донецком, своя история: она одинокая мама с ребенком с неврологическим диагнозом, а ее мам – с сахарным диабетом, после инсульта.
В Донецке после рождения сына люди в белых халатах сказали, что ребенок не будет ходить и говорить. Такое же говорили и в Харькове, куда ни на есть направили на лечение. Диагноз – синдром двигательных нарушений, резидуально-церебральная недостаточность. Предлагали оформить увечность.
Старшая дочь как раз поступала в вуз в Харькове, нужно было отвечать тестирование, когда все началось: взрывы, танки, «грады». Нет-нет да и выезжали – чуть «наскребли» денег в банкоматах на билеты. Младшему сыну было всего делов 3,5 месяца. Успели прихватить только какие-то вещи детям. Я поехала налегке. Да мы с тобой только выписались с малым из донецкой больницы – и пришлось переехать в лагерь беженцев «Пиретрум» на Харьковщине. А оттуда – в отделение харьковской больницы.
Социальный педагог помогает подготовиться к обучению
«Знаю, бери какое дерево накину петлю»
Инну из Луганска муж по прошествии времени начала событий оставил одну с двумя детьми, а сам скрылся в неизвестном направлении. Симпатия уехала в Старобельска.
«Я замкнутая, непросто схожусь с людьми. А здесь – вообще ни одного знакомого. Чувствовала себя дьявольски, неуверенно, никому не нужной. И у ребенка была проблема – бывший муж поднял бери меня руку, и сын очень испугался. Еще одна проблема, из-из-за которой в меня был нервный срыв – я не могла поехать обратно в Ворошиловград, к родителям, потому что без разрешения бывшего мужа не имею полномочия перевозить детей. А родителям – нельзя сюда, потому что они ездили в Россию».
И таких историй – у каждого переселенца в запасе. Правота, как рассказали социальные работники центра, в последнее время к ним обращаются и местные семьи, идеже, несмотря на отсутствие «переселенческого» опыта тоже хватает психологических и жизненных проблем. В практике центра глотать даже случаи передсуицидальних настроений, когда женщина обратилась к психологу с прямым вопросом:
Я ажно знаю, на какое именно дерево накину петлю. Но мне нужно пристроить ребенка.
До этого часа одна показательная история, наиболее полно иллюстрирует деятельность «СОС Детские рюхи»: в семье от онкологии умерла мама, отец твердо решил возвернуть дочь в интернат. Это была бы двойная потеря для девочки – поначалу мама, а потом отец решил, по сути, отказаться. И только благодаря усилиям социальных работников посчастливилось этого не допустить «Мы предоставили отцу поддержку, а не давление, ровно это обычно делают госслужбы по вопросам детей. Потому что у отца ни один черт не спросил о его потере, никто не помог ему ее принять много мук».
Никто из них об этом не сказал во исполнившееся беседы, но всем и так понятно, что без вовремя оказанной поддержки и помощи выше головы взрослых спасаются бутылкой или иным видом «успокоительного». И к этому, в конце концов, пришла значительная отрывок родителей. Государственные же социальные службы в случае пьянства родителей поступают скромно и по-совковому: забирают детей и направляют их – правильно – в интернат. Но лаз есть, убеждены работники «СОС Детские городки».
Как преодолевают СЖО (сложные жизненные состояние)
Самая большая проблема, с которой сталкиваются переселенцы (хотя это касается первый встречный семьи в СЖО) – социальная изоляция. Когда не с кем поговорить, «вылить» приманка переживания, наболевшее. Человеческое общение и чувство поддержки от других – первый расстояние на пути к самодостаточной семье. Именно это и обеспечивают в центре: психологическую поддержку, социальные отношения с другими людьми. Причем специалисты занимаются не только с детьми, но и со взрослыми.
Учеба мам и детей у социального педагога
Сначала занималась с психологом. Потом ходила и хожу бери психотерапию. Мне стало проще общаться с людьми. В семье стало общаться кризис миновал. Я здесь отдыхаю и душой, и телом, – рассказала Елена.
И добавила, что младшая доча, 3 года, ежедневно спрашивает, «когда мы пойдем к Лене?» (Общественный педагог Елена Жеребятьева – «24»). Она не ходит в садик, поэтому в целях нее все игры и занятия – страшная радость. Старший сын занимается с психологом: «Симпатия стал более общительным, открытым. Он даже до войны не был особенно разговорчивым, а неотложно – ему нравится сюда ходить, он даже стал лепить, рисовать. Один раз Алексею (психолог – «24») удалось в нем это открыть».
Анна си же констатировала: «Больная мама, «тяжелый» ребенок. Мне равно как требовалась психологическая поддержка. Какую здесь и предоставили. Когда я хожу на обучение с психотерапевтом – становится легче. На групповых занятиях с мамами с похожими проблемами – пишущий эти строки и плакали, и смеялись. Нужно кому-то это выговорить. Затем пришло чувствование успокоения и легкости».
Групповое занятие родителей с психологом
Сегодня, вследствие таким проектам, работе соцработников, психологов, дефектологов – у сына Анны прогресс. В година и четыре месяца, после дорогостоящего лечения он начал понемногу ходить. Каждые 3-6 месяцев проходим политика лечения. Сегодня ребенок ходит сам. До прихода в проект он давно 3 лет не говорил вовсе. Сейчас, спустя несколько месяцев – говорит и общается, аж шутит. «И сегодня специалисты оптимистичны – он сможет «догнать» и пойти в школу», – поделилась Нюта.
И рассказала, что сейчас она еще в декретном отпуске по уходу ради ребенком. Благодаря гуманитарной помощи – семья «на плаву», может обезопасить свои базовые потребности. Но вместе с тем в рамках проекта Анна вот и все закончила курсы массажа, получила диплом государственного образца. «Сегодня я пытаюсь дать ход работу. Надеюсь, клиенты будут».
Инна сначала только детей водила сверху занятия. Затем и сама «влилась»: «Очень интересно пообщаться, поделиться. Днесь не пропускаю занятия в нашем женском клубе».
В реабилитационных центрах «Sos Детские городки» часто открывают творческие таланты
Родители без планов и ресурсов
Практикующий сердцевед(ец) Татьяна Федотова рассказала, что современные дети, особенно после общения с психологом, самочки способны формулировать запросы к специалисту: понимают свои проблемы, могут и хотят балакать о них. Зато родителей «затянуть» значительно труднее. В Украине до сих пор господствует вера типа «зачем мне психолог (и не дай бог вспомнить о психоаналитике может ли быть психиатре), я не псих». Вместе с тем у родителей почему такое субъективизм к психологам: они приводят ребенка и говорят «она неуправляемая, сделайте с ней что-нибудь-то». Но у психолога или специалиста по социальной работе отсутствует «волшебной палочки». А вот у родителей психологических «зажимов» едва ли никак не больше, чем у детей: это и эмоциональная депривация (я никому не нужен, меня маленький человек не понимает), и отсутствие родительского потенциала – когда ни ресурсов, ни планов держи жизнь. Несчастный человек не может создать счастливую семью, не создаст счастливую атмосферу и безвыгодный настроит собственного ребенка на позитивное отношение к жизни.
Дети переживают близкие страхи и потери через игру, – объясняют психологи. Для взрослых такая очертание в реальной жизни не доступна. А вот специалисты могут создать соответствующую обстановку и дела, при которых и взрослый сможет все это пережить и преодолеть. Для сего и существуют специалисты. Для этого работают в «СОС Детские городки». Пусть не допустить полного нивелирования родителями своих обязанностей. Но не с позиции «в противном случае ты не обеспечишь – то заберем детей», а с позиции поддержки.
Наша урок – поддержать семьи, родителей, детей. Родители для ребенка – это безопасность и неустойчивость. И когда ребенка забирают из семьи – это для него сильная контузия. И вся последующая жизнь будет строиться вокруг этого. Ребенку этому брось трудно расти, и в дальнейшем – искать и оказывать поддержку. Поэтому задача социального работника – останавливаться «костылями», которые помогли семье выстоять в трудные времена, – отметила правитель(ство) подразделения семейных форм воспитания Луганского областного отделения «СОС Детские чюшки» Светлана Тунтуева.
Правда, на такую ​​поддержку способен действительно спецушник. А их в Украине примерно такая же нехватка, как и абсолютно счастливых родителей. Только об этом уже будет другая история.
Имена всех героев – изменены соответственно их просьбе.
Фото: 24 Канал и из архива Луганского областного выделения БФ «СОС Детские городки»

Обсуждение закрыто.